У меня есть время для тебя


Хайке пришла уже во второй раз в отделение для терапии и еще никого не знает кроме врача отделения и некоторых медсестер. Сабина тоже тут, она лечится уже 4 месяца. Сегодня у ее мамы не было времени, ей надо было сразу же уезжать обратно домой, потому что там остался младший брат Сабины один. Девочка недовольна, потому что мама уехала, а в отделении так много всего происходит, что у врачей и сестер мало времени. И из других детей она никого не знает.

В своей палате она встречает Хайке. "Ну и дела, - произносит она, - ни у кого нет времени для меня, все заняты"! Хайке терпеливо ждет, пока Сабина закончит ругаться и говорит: "Привет, меня зовут Хайке, у меня есть время для тебя и я тоже никого здесь не знаю. Я даже не знаю толком, что будет дальше. Ты часто уже была здесь?" Тут Сабина смягчается, и они вместе отправляются в игровой уголок.

"Скажи-ка, - спрашивает Хайке, - как долго длится, собственно, такое лечение?"
"Мое лечение будет длиться, неверное, целый год, - отвечает Сабина. - Но при разных опухолях это по-разному. У меня уже четыре месяца позади. Хорошо еще, что можно время от времени на одну или несколько недель уходить домой и появляться здесь потом только раз в неделю для анализа крови". Хайке: "А что такое анализ крови?"
Сабина: "Это когда подсчитывают, сколько у тебя в крови лейкоцитов, эритроцитов и тромбоцитов. Врач решает, можно ли продолжать лечение или нужна еще одна неделя для отдыха. Врач потом тебя и сам посмотрит".
Хайке: "А уход за ртом тебе тоже кажется таким противным? Что будет, если его просто не делать?"
Сабина отвечает: "При лечении цитостатиками слизистая оболочка рта становится очень чувствительной для инфекций и легко воспаляется. Это не только опасно, но и больно. У меня вначале было такое воспаление. Это действительно больно, ты почти ничего не можешь есть и должна даже оставаться в больнице".
Хайке: "Я этого не знала. Наверное я буду теперь полоскать рот еще основательнее. Но вот синий цвет от этого пиоктанина просто ужасен. Люди так и пялятся на твой рот. Это мне здорово действует на нервы!"
Сабина: "У меня тоже сначала так было, но сейчас я думаю так: "У них-то ведь ничего не заболит, если я не буду полоскать свой рот". И вообще, я не обращаю внимания на глупых людей, которые так глазеют. Кроме того, они наверняка не знают, что это меня нервирует, и делают это не со зла. Честно говоря, я раньше тоже так однажды глупо поглядела вслед одному ребенку, у которого не было волос, и мне не пришла в голову мысль, что ему это может быть неприятно".
Хайке: "Да, ты права. Своих друзей дома я уже к этому подготовила. Но если у меня действительно выпадут все волосы, я не знаю, смогу ли я выйти на улицу без парика".
Сабина: "А чего тебе беспокоиться, парик для этого и существует. И он почти не заметен".
Хайке: "А ты тоже все время боишься, когда тебе надо идти сюда? Я, например, вчера вечером долго не могла заснуть, а сейчас у меня плохо на душе. И укола я уже боюсь, вдруг моя вена опять разорвется, или врач снова не попадет в нее сразу. У тебя тоже так бывает?"
Сабина: "Да, у меня тоже бывает точно так же. Но важно, чтобы ты справилась со страхом. Тебе нельзя поддаваться, а то будет еще хуже. Врачи правда стараются не делать больно, но, к сожалению, все иногда попадают мимо, потому что наши вены после многих капельниц становятся плохими и легко могут закупориться. Впрочем, я знаю один хороший совет. Если ты перед уколом подержишь руки в теплой воде, то вены станут лучше видны. Я всегда так делаю. Кроме того, я пытаюсь думать о том, как я поеду домой и что я буду делать. Но это не всегда у меня получается. Если мы почаще будем в одной палате, то сможем подбодрять друг друга, может, тогда будет полегче".
Хайке: "Да, по-моему это будет здорово! Что ты еще сегодня делаешь?" Сабина: "Мой анализ крови уже готов, скоро мне поставят капельницу. Я уже сейчас надену пижаму с широкими рукавами, чтобы я могла снять ее через капельницу, если захочу сменить. Моя мама всегда расширяет рукава. Потом сестра даст мне таблетку от тошноты. Мне всегда становится очень плохо. К сожалению, таблетки помогают мне только чуть-чуть. Если бы я была врачом, то изобрела бы средство от рвоты, чтобы ни одного ребенка больше не рвало от капельниц. Но, наверное, это трудно сделать".
Хайке: "Я тоже так думаю. Знаешь, я очень рада, что встретила тебя. Ты все так хорошо объясняешь. Я уже меньше боюсь. Мне, вообще-то, капельницу поставят только завтра. Поэтому я смогу еще сегодня немного утешить тебя, если тебе будет плохо от капельницы".